Михаил legarhan (legarhan) wrote,
Михаил legarhan
legarhan

Categories:

Русская женщина правит миром

.Русская женщина правит миром. Часть 2..Анна Иоанновна

Петр резко переменил династическую политику. Правда, первый династический эксперимент он поставил не на своей семье, а на семье своего сводного брата Ивана V (младший из пяти сыновей царя Алексея Михайловича и его первой жены Марии Ильиничны Милославской, соправитель Петра I, женатый на Прасковье Федоровне Салтыковой). После его смерти в 1696 г. суровая и властная царица Прасковья сама растила и воспитывала трех дочерей — Екатерину, Анну и Прасковью.

Главное внимание уделялось хорошему питанию: мамушки и нянюшки выкормили царевен полными, статными девами. Выросшие в атмосфере предрассудков и суеверий, девушки верили в колдунов и вещунов, в приметы и чудеса. В соответствии с новыми веяниями их обучали истории и географии, чтению и каллиграфии, но полученные ими знания оставляли желать лучшего.

К своим дочерям Прасковья Федоровна относилась по-разному: старшую величала "свет-Катенькой" и любила до самозабвения, среднюю — Анну — не любила, а к младшей была совершенно равнодушна. Поэтому, когда Петр предложил ей выдать одну из дочерей замуж за курляндского герцога, царица выбрала Анну, а свою старшую любимицу оставила при себе.

Осенью 1710 г. Анна Иоанновна была обвенчана с Фридрихом Вильгельмом, герцогом Курляндским, розовощеким нежным юношей, близким родственником прусского короля. Союз с Курляндией имел для Петра I большое политическое значение. Дружеские отношения с этим европейским государством открывали перед ним возможность использовать его порты и удобные гавани для русской морской торговли.

Свадебные торжества продолжались почти два месяца. Царь лично спаивал жениха до состояния «пьяного немца», по его собственному выражению (а это ужасное состояние). Вследствие этого супружеская жизнь Анны Иоанновны продолжалась очень недолго. Фридрих Вильгельм внезапно заболел и умер, едва выехав из Петербурга. Молодой вдове приказали жить в Курляндии, которая была предметом постоянных споров между ее соседями — Россией, Швецией, Пруссией и Польшей. Чтобы упрочить положение Анны, в Митаве (ныне Елгава в Латвии) разместили полк русских солдат, а герцогиню решили снова выдать замуж.

Главным претендентом на руку Анны Иоанновны оказался знаменитый полководец Мориц Саксонский. Внебрачный сын польского короля Августа II, он служил тем, кто ему платил, — французам, полякам, австрийцам. Только Венере служил бесплатно, и не менее усердно. Его неотразимая внешность и молва о невероятных похождениях произвели на Анну впечатление. Однако в судьбу Анны вмешались политические интересы. В это же время российский двор был озабочен поисками достойной кандидатуры в мужья для Елизаветы Петровны — дочери Петра I. Морицу Саксонскому отправили ее портрет. Тем самым ему дали понять, что у него в будущем есть возможность получить императорскую корону. Он сразу охладел к Анне Иоанновне и стал проявлять глубокий интерес к Елизавете.

Напрасно влюбленная Анна посылала записки Морицу, писала слёзные письма в Петербург, прося разрешить ей поскорее выйти замуж за милого ее сердцу избранника. На все свои просьбы она получала решительный отказ. Анна ещё не знала, что Екатерина I, вступившая на престол после смерти Петра I, решила утвердить Курляндское герцогство за Меншиковым. Морицу было объявлено, что русские принцессы не выходят замуж за лиц сомнительного происхождения, и отказано в женитьбе как на Елизавете Петровне, так и на Анне Иоанновне. В этом высокомерном отказе содержался намёк на то, что он был побочным сыном, а не законным потомком короля Августа II. Обманутый в надеждах, Мориц уехал в Дрезден, а Анна Иоанновна ещё долго оплакивала свой несостоявшийся брак.

В Митаву из Петербурга прибыло посольство во главе с Меншиковым. Русские дипломаты так и не сумели убедить курляндское дворянство отдать герцогскую корону светлейшему князю. Не подействовали и угрозы Меншикова ввести в Курляндию 20-тысячное русское войско, а главу сейма вместе с его депутатами сослать в Сибирь. Вскоре дело о курляндской короне и совсем закрыли. Об Анне надолго забыли.

В провинциальной митавской дыре Анна прожила бедной родственницей 19 лет. Чтобы содержать свой маленький двор и платить прислуге, ей приходилось выпрашивать деньги у живущих в России родственников, вникать во все тонкости домоуправления и экономии, хорошо знать счет деньгам. Благодаря этому она стала женщиной деловитой и энергичной. Что касается сердечных дел, то поначалу она нашла утешение в объятиях генерала Петра Бестужева. А с 1727 г. во время охоты и прогулок ее все чаще стал сопровождать высокий, красивый, ловкий кавалер — курляндский дворянин Эрнст Иоганн Бирон. В этом страстном охотнике, любителе лошадей, собак и ружейной стрельбы Анна нашла преданного друга, пекущегося о ее интересах, а возможно, и свое личное счастье.

Впрочем, для России Аннин фаворит остался символом чужеземного засилья и самодурства.

Освобождение для Анны настало в 1730 г., когда ее пригласили на российский престол.

Вернемся к ее сестрам.

Екатерина Иоанновна

В 1716 г. дошел черед и до Екатерины.

В 1711–1712 годах русские войска вступили в Мекленбург-Шверинское герцогство, расположенное на севере Германии. Между царем Петром и мекленбургским герцогом Карлом Леопольдом наладились весьма дружественные отношения. И вот 22 января 1716 года в Петербурге был подписан союзный договор. Согласно этому договору Карл Леопольд брал себе в супруги племянницу Петра I царевну Екатерину Ивановну, а Петр со своей стороны обязывался вооруженною рукой обеспечивать герцогу и его наследникам безопасность от всех внутренних беспокойств. Для этого Россия намеревалась разместить в Мекленбурге несколько полков, которые поступали в полное распоряжение Карла Леопольда и должны были «оборонять его, герцога, от всех несправедливых жалоб враждующего на него мекленбургского дворянства и их приводить в послушание». Свадьбу решили сыграть, не оттягивая, сразу же после Пасхи 1716 года в Данциге (Гданьске), куда ехал по делам Петр.

Молодая жена герцога Мекленбургского Екатерина Ивановна по меркам того времени, когда замуж нередко выходили в 14–15 лет, засиделась в девках: ей шел уже 25-й годок. Жених, которому было тогда 38 лет, собственно говоря, ждал другую невесту – он рассчитывал получить в жены более молодую Ивановну – вдовствующую курляндскую герцогиню Анну, потерявшую мужа почти сразу же после свадьбы. Но у царя Петра на сей счет было иное мнение, и он в раздражении даже пригрозил Сибирью мекленбургскому посланнику Габихсталю, который, согласно воле своего господина, настаивал на том, чтобы за герцога была выдана именно Анна. Мекленбуржцам пришлось скрепя сердце согласиться на кандидатуру Екатерины Ивановны.

Жизнь ее до брака была вполне счастливой. В отличие от сестер и многих других москвичей, тосковавших на болотистых, неприветливых берегах Невы по обжитой, "нагретой" Москве, Екатерина Ивановна быстро приспособилась к стилю жизни молодого, продуваемого всеми ветрами города. Этому благоприятствовал характер царевны — девушки жизнерадостной и веселой даже до неумеренности. Вообще же создается впечатление, что русская женщина XVII века как будто только и ждала Петровских реформ, чтобы вырваться на свободу. Этот порыв был столь стремителен, что авторы опубликованного в 1717 году «Юности честного зерцала» — кодекса поведения молодежи — были вынуждены предупреждать девиц, чтобы они, несмотря на открывшиеся перед ними возможности светского обхождения, соблюдали скромность и целомудрие, не носились бы по горницам, не садились к молодцам на колени, не напивались бы допьяна, не скакали бы, «разиня пазухи», по столам и скамьям и не давали бы себя тискать, «как стерву», по всем углам.

Это было написано как будто для Екатерины Ивановны — девицы, которая была, как нынче говорят, без комплексов, — до нас дошли упорные слухи, ходившие в тогдашнем обществе, что ее прелестями пользовался сам грозный дядюшка — государь Петр Алексеевич.

Отправляя племянницу под венец, Петр дал краткую, как военный приказ, инструкцию, как ей надлежит жить за рубежом: «1. Веру и закон, в ней же родилася, сохрани до конца неотменно. 2. Народ свой не забуди, но в любви и почтении имей паче протчих. 3. Мужа люби и почитай яко главу, и слушай его во всем, кроме вышеписанного».

О любви к мужу, конечно, и речи идти не могло: Карл Леопольд этого доброго чувства не вызывал ни у своих подданных, ни у первой жены, Софии Гедвиги, с которой он, кстати, едва успел развестись к моменту женитьбы на Екатерине, да и то благодаря тому, что торопивший дело Петр сам заплатил деньги за развод. Герцог Мекленбургский, по отзывам современников, был человек грубый, неотесанный, деспотичный и капризный, да ко всему прочему страшный скряга, никогда не плативший долги. К своей молодой жене Карл Леопольд относился холодно, отстраненно, подчас оскорбительно, и только присутствие Петра, провожавшего новобрачных до столицы герцогства города Ростока, делало его более вежливым с Екатериной.

После же отъезда царя из Мекленбурга герцог своей неприязни уже не сдерживал, потому что брак этот, вопреки обещаниям Петра, не принес ему реальных выгод — русские войска, на которые герцог так рассчитывал, вскоре покинули Мекленбург навсегда, дабы не накалять международную обстановку. Изменив тактику, царь стал советовать Карлу Леопольду помириться со своими дворянами, действовать осторожно, расчетливо. Но герцог был неисправим, он негодовал на царя и продолжал воевать с собственными дворянами. В конце концов, проиграв все имперские суды, он стал изгоем среди немецких князей.

Естественно, что в сложившейся обстановке герцогине Екатерине Ивановне пришлось несладко. Это мы видим по письмам ее матери, царицы Прасковьи Федоровны, которая умоляла «свет-Катюшку» в письмах: «Печалью себя не убей, не погуби и души».

По переписке самой герцогини Екатерины Ивановны видно, что она, как жена, воспитанная в традициях послушания мужу, поначалу не стремилась бежать из Мекленбурга, да и боялась ослушаться грозного дядюшку-царя.

7 декабря 1718 года декабря того же года в Ростоке герцогиня родила принцессу Елизавету Екатерину Христину, которую позже в России, после крещения в православие, назвали Анной Леопольдовной — будущая мать Шлиссельбургского узника.

Между тем дела Карла Леопольда шли все хуже и хуже: объединенные войска германских государств изгнали его из герцогства, и Карл Леопольд вместе с женой обивал имперские пороги в Вене. В 1722 году Петр, уступая просьбам старой царицы Прасковьи, наконец, разрешил мекленбургской герцогине вернуться в Россию.

О том, как прожили Екатерина Ивановна с дочерью все годы после своего возвращения из Мекленбурга в Россию и до воцарения Анны Иоанновны, мы знаем очень мало. Ее пылкий характер не изменился. «Герцогиня – женщина чрезвычайно веселая, и всегда говорит прямо все, что ей придет в голову», — писал камер-юнкер Берхгольц, придворный голштинского герцога Карла Фридриха. Позже ему вторил испанский дипломат герцог де Лириа: «Герцогиня Мекленбургская — женщина с необыкновенно живым характером. В ней очень мало скромности, она ничем не затрудняется и болтает все, что ей приходит в голову. Она чрезвычайно толста и любит мужчин». Последнее высказывание напоминает знаменитую реплику из «Бригадира» Дениса Фонвизина: «Толста, толста! Проста, проста!»

Екатерина Ивановна держала при своем дворе один из первых в России театров из крепостных актёров. Тайно сожительствовала с офицером флота князем Михаилом Белосельским, который через три года после её смерти за нескромные рассказы о покойной царевне был сослан на Урал. Умерла в 1733 г.

Елизавета Петровна

В 1716 году царь предпринял еще одно большое путешествие на Запад, во время которого добрался до Парижа.

На этот раз Петр ехал за границу в качестве свата. Он хотел установить тесный союз с Францией, для чего намеревался выдать одну из своих дочерей, 8-летнюю Елизавету, за 7-летнего наследника французского престола Людовика XV. Петр путешествовал под своим именем, в сопровождении свиты из 60-ти человек.

Прием русского посольства состоялся 7 мая в Лувре. Петр, увидев хорошенького белокурого Луи, вмиг позабыл об этикете и в порыве нежных чувств подхватил царственного ребенка на руки, затормошил и зацеловал. Помните, как наш президент тоже недавно чмокнул в пузо одного славного мальчугана? Своими впечатлениями от встречи Петр поделился в письме к императрице Екатерине: «Объявляю вам, что в прошлый понедельник визитовал меня здешний каралище, который пальца на два больше Луки нашего (так звали придворного карлика), дитя зело изрядное образом и станом, по возрасту своему довольно разумен». Затем Петр, не теряя времени на дальнейшие церемонии, отправился осматривать знаменитую столицу Европы.

Париж с его полумиллионным населением был тогда третьим по величине (после Лондона и Амстердама) городом Европы. Треть горожан составляли нищие, воры и проститутки. Среди первых неприятных впечатлений были нестерпимые вонь и грязь, поскольку мусор, человеческие испражнения и внутренности забитых животных парижане вываливали из окон прямо на мостовую, которую каждый день устилали свежей соломой. Можете представить себе этот запашок. В дни, когда Петр гулял по Парижу, в Бастилии сидел всего один узник — 22-летний Вольтер, искупавший здесь свой небольшой грешок: ему вздумалось позабавить парижан стишками по поводу вольного поведения любовницы регента, герцогини Беррийской. Петр, конечно, не мог знать, что этот легкомысленный молодой человек 40 лет спустя напишет первое историческое исследование о нем — «Историю Российской империи при Петре Великом».

А что касается брака Елизаветы с Людовиком, то он так и не состоялась. Да это и к лучшему, иначе Россия потеряла бы хорошую императрицу, а во Франции стало бы одной несчастной королевой больше. Вы, наверное, и без меня знаете, что за человек был Луи XV, сказавший знаменитое: «После нас хоть потоп».

Другую свою дочь, старшую сестру Елизаветы, Анну, царь в 1724 году просватал за голштинского герцога Карла Фридриха. Свадьба их состоялась уже после смерти Петра Великого, в 1725 году, и плодом этого брака стал будущий император Петр III, родившийся в 1728 году в Киле.

Начатая таким образом петровская "брачная экспансия" была рассчитана на далекое будущее. Петр считал очень важным для Романовых влиться в семью европейских государей. Это было для Петра верным знаком признания "европейскости" России, ее принадлежности к европейскому миру. Преемники Петра с таким успехом развили эту "экспансию", что в последнем российском императоре Николае II текла ничтожная часть крови от ветви Михаила Романова и огромнейшая — от других (в первую очередь — германских) европейских династий. Это, кстати, стало причиной страшного несчастья в семье Николая II — гемофилии наследника цесаревича Алексея.

Следующая россыпь русских великих княжон расселась по европейским тронам уже в XIX веке. Это были дочери императора Павла.

Великая княгиня Екатерина Павловна

Внучка Екатерины Великой — великая княгиня Екатерина Павловна была названа в честь своей бабушки. Она росла веселой и красивой девочкой, любимицей всей семьи.

Екатерину Павловну называли «красой царского дома» и «красой России». Александр I обожал сестру и считал её одним из самых близких своих друзей. Державин посвятил ей одно из своих восторженных посланий. В неё был влюблен князь Петр Иванович Багратион. Популярность Екатерины Павловны доходила до того, что, по слухам, в пору военных неудач 1807 года даже существовал план возведения её на престол вместо Александра.

В 1807 году за юную красавицу посватался Наполеон, чем привел в замешательство всю царскую семью. Екатерина Павловна решительно отказала, заявив, что скорее выйдет за дворцового истопника, чем за тирана. Во избежание международного скандала ее срочно выдали замуж за двоюродного брата — принца Георга Ольденбургского.

Принц Георг Ольденбургский был назначен генерал–губернатором трех лучших российских губерний — Тверской, Ярославской и Новгородской и главным директором путей сообщения. На этих должностях Георг показал себя с самой лучшей стороны. Он, в частности, учредил в Петербурге Институт корпуса инженеров, который готовил специалистов–путейцев.

Будучи замужем за принцем Ольденбургским, Екатерина Павловна жила в Твери, в так называемом путевом дворце.

Здесь, во дворце Екатерины Павловны, Н.М. Карамзин читал императору Александру I отрывки из своей истории. По предложению Екатерины Павловны, историограф написал свою известную записку «О старой и новой России», которую великая княгиня передала своему державному брату.

В 1812 году Екатерина Павловна горячо поддержала мысль о созыве народного ополчения. Из своих удельных крестьян она сформировала Егерский великой княгини Екатерины Павловны батальон, участвовавший почти во всех главных сражениях. В 1813-1815 гг. она сопровождала императора Александра в заграничных походах, оказывала влияние на ход совещаний во время Венского конгресса.

Принц Георг умер от горячки во время войны с Наполеоном, и Екатерина Павловна осталась 24-летней вдовой с двумя маленькими сыновьями. Но уже через 4 года состоялся ее второй брак — с принцем Вильгельмом Вюртембергским, и через полгода она стала королевой Вюртембергской.

Сделавшись государыней Вюртемберга, Екатерина Павловна, наконец, смогла вовсю проявить свою деятельную натуру, унаследованную от великой бабки. Она занимается всем: благотворительностью, просвещением народа, создает центры трудоустройства, организует ссудные кассы. О молодых правителях Вюртемберга идет слава по всей Европе, к ним едут перенимать опыт! Во многих странах Екатерину Павловну начинают цитировать: «Доставлять работу важнее, нежели подавать милостыню»; или: «Сначала надо дать образование населению, потом проводить реформы». Согласитесь, что ее опыт не устарел.

Королева Екатерина создала в Вюртемберге институт для девиц по типу Смольного института в Петербурге, а когда общественность предложила дать институту ее имя, отказалась, сказав, что ей еще так мало сделано!

Ее любили все – король-супруг, дети, народ, общество. Всю свою жизнь она гордилась тем, что она русская. Умерла Екатерина Павловна скоропостижно, в 1819 году не дожив до 32 лет. Ее безутешный муж построил на горе Ротенберг православную церковь, где и покоится ее прах. А память о ней до сих пор бережно хранят в Германии и отмечают юбилейные даты ее жизни.

Одна из дочерей Екатерины Павловны, принцесса София, стала королевой Нидерландов.

Великая княгиня Мария Павловна

была третьей дочерью императора Павла I. В отличие от своих сестер, она не блистала красотой и своим поведением скорее напоминала мальчишку. Зато была умна, талантлива и обладала недюжинной волей. Эти качества она проявила с первых же шагов взрослой жизни.

Судьбу великих княжон решали родители, руководствуясь политическими соображениями. Когда Марии исполнилось 17 лет, к ней посватался принц Карл-Фридрих Саксен-Веймарский. На родительском совете ему решено было отказать: княжество было маленькое, да и сам жених не отличался умом и образованностью. И тут Мария проявила характер. Она решительно настояла на свадьбе и стала хозяйкой Веймара.

В те годы Веймар называли «немецкими Афинами». Это был культурный центр, где творили Шиллер, Гете, Лист, кипела театральная и научная жизнь. Мария Павловна сразу оказалась в центре внимания веймарцев. Все оценили ее ум, образованность, способности к живописи и музыке, сочетание твердости духа и доброты. Она не только покровительствовала искусствам, но и поставила благотворительность на «царственную» высоту: строила больницы и приюты, помогала нуждающимся, а в 1813 году во время войны с Наполеоном заложила все свои драгоценности, чтобы устроить госпиталь для русских раненых солдат. «Она в своем благородном рвении тратит много сил и средств на то, чтобы смягчить страдания народа» — писал Гете, ставший ее близким другом и советчиком. Российский император Николай I ценил здравый ум своей сестры Марии и советовался с ней при принятии важных решений.

Уже в преклонном возрасте Мария Павловна занялась созданием музеев и памятником тем великим людям, жизнь которых была связана с Веймаром. Когда Веймар чествовал ее 50-летний юбилей пребывания на второй родине, она сказала: «Наше отечество там, где мы делаем людей счастливыми».

Великая княгиня Анна Павловна,

самая младшая внучка Екатерины Великой, росла тихим и богобоязненным ребенком. И словно в награду за послушание ей достался прекрасный принц — Вильгельм Оранский, герой битвы при Ватерлоо. С ним в 1816 году Анна Павловна отбыла в Нидерланды.

А там ее ждали испытания. Революция 1830 года, начавшаяся во Франции, перекинулась в Нидерланды и расколола страну на две части. Ее супруг оказался неспособным к государственным делам, все его средства и силы уходили на коллекционирование и развлечения.

Анна Павловна, будучи человеком дисциплины и долга, вынуждена была взять на себя все дела по управлению страной. Ее супруг, умерший в 1849 году, оставил после себя огромный долг, который грозил правящей династии Оранских полным банкротством. Королева Анна нашла выход из этого положения: она продала своему брату – императору Николаю 1 собранные мужем картины голландских мастеров. Ныне это собрание картин, находящееся в Эрмитаже, является лучшим собранием голландской живописи.

Анна Павловна построила в Гааге православную церковь, на свои средства содержала госпиталь, инвалидный дом и 50 приютов для бедных детей.

В 1853 году, уже в преклонном возрасте, Анна Павловна отдала бразды правления своим детям и посетила Россию. «Я не была в России 38 лет, но всегда помнила и любила ее. Виной тому были несчастья моей страны, а я не могла оставить свой народ, это было бы недостойно русской княгини», — сказала она Митрополиту Филарету, посещая Троице-Сергиеву Лавру.

Умерла она в 70-летнем возрасте и была похоронена в православной церкви Святой Екатерины в Амстердаме. Ее память чтят в Голландии. Потомки королевы Анны, представители правящей и поныне династии Оранских, гордятся, что в них течет русская кровь, и охотно посещают нашу страну.

Принц Оранский Виллем-Александр, королева Нидерландов Беатрикс и председатель Госдумы РФ Геннадий Селезнёв. 2001 год.

В Греции есть всё, даже королева из России

Одна из центральных улиц Афин называется проспект Королевы Ольги — в честь нашей соотечественницы, представительницы российского императорского дома.

В 1863 году, волею России, Англии и Франции, на греческий престол вступил Георг I из датского рода Глюксбургов. А спустя четыре года те же державы подыскали ему и подходящую невесту. Ей стала 16-летняя великая княжна Ольга Константиновна, внучка Николая I и племянница Александра II. Бракосочетание греческих монархов проходило не в Афинах, а под Петербургом, в Царском селе, летней резиденции Александра II. Жених присутствовал на торжествах в русском генеральском мундире.

Георг I и Ольга основали в Греции королевскую династию, которой было суждено править с перерывами около века.

По воспоминаниям современников, Ольга Константиновна покорила своих подданных доброжелательностью и легким нравом. Кроме того, она была первой православной королевой Греции, почему и пришлась по душе грекам, которые присвоили ей титул «королевы всех эллинов». Обширная благотворительная деятельность Ольги памятна в Афинах до сих пор. Она покровительствовала Обществу любителей образования и сиротскому приюту для девочек. Ее трудами в Афинах была основана больница «Эвангелизмос» (по-русски «Благовещение»), выстроенная на деньги греков, живших в России. В годы русско-турецкой войны 1877-1878 годов Ольга Константиновна открыла школу сестер милосердия. Благодаря ей Афины обзавелись Византийским музеем, а Греческая церковь получила первое переложение Евангелия с древнегреческого на новогреческий язык.

Долгая супружеская жизнь Ольги с Георгом I оборвалась в марте 1913 года, когда король был убит террористом при посещении Салоник.

Овдовев, Ольга Константиновна уехала жить в Россию, а затем в Европу.

Но судьба уготовила ей новые тяжкие испытания — расстрел царской семьи большевиками и несчастья на новой родине. В 1922 году после поражения Греции в войне с Турцией членам королевской семьи пришлось удалиться в изгнание. «Королева всех эллинов» умерла в 1926 году в Риме; прах ее был перевезен в Афины и захоронен на местном кладбище.

Между прочим память Ольги Константиновны чтят не только греки. Испанцы тоже хорошо знают ее имя. Ведь донья София де Бурбон, королева Испании — ее прямая правнучка. Более пятидесяти процентов испанцев часто говорят, что они "монархисты только из -за королевы!" (умерла в 2014)

Так что напрасно некоторые думают, что Россию и Европейский Союз объединяет одна только газовая труба.

.

Русская женщина правит миром. Часть 1

.

Tags: монархи, русские царицы и королевы, цари императоры
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment