Михаил legarhan (legarhan) wrote,
Михаил legarhan
legarhan

Categories:

В этот день… 17 февраля – О Фёдоре «Американце» Толстом

у shatff в В этот день… 17 февраля – 4

…Мы остановились на том, что Фёдора Толстого изгнали из состава Первой русской кругосветной экспедиции – но всё же, высадили на отчий берег… (Хотя и не самую уютную его часть – особенно, по тем временам – то есть, на Камчатку).


…Однако, в Петропавловске он не задержится, отправившись ещё дальше – на Алеутские острова. (Со слов самого графа, здесь он не один месяц проживёт с аборигенами – отсюда и кличка «Американец»… Да… где-то в пути Толстой обзаведётся кучей татуировок, которые и будет потом, при случае, с гордостью демонстрировать!..)

…Наскучив местным обществом, граф отправится восвояси (на перекладных через всю страну!) – только для того, чтобы прямо с Питерской заставы  загреметь на гауптвахту – а затем в заштатный финский гарнизон. (Да ещё – по специальному распоряжению самого Александра I – без права въезда в столицу). Однако, тут начнётся война со Швецией… под вражеским огнём авантюрист мгновенно обретает себя!.. (Подробности очень интересны, но у нас не хватит места… одним словом, удалого и бесстрашного графа возвращают в Преображенский полк и даже производят в штабс-капитаны). Увы… оставив поля сражений, Толстой возвращается к обычному для себя времяпровождению – карты, гулянки, склоки… после очередной смертельной дуэли его таки разжалуют в солдаты – и выгонят в отставку…

…Несколько лет он томится в ссылке (в своём калужском имении – ничего не подумайте) – но тут приходит Гроза Двенадцатого года... Рядовой Фёдор Толстой спешит вступить в ополчение – отважно дерётся, получает тяжкое ранение в ногу при Бородино – и снова увольняется из армии весной 1813-го… но на сей раз – полковником и кавалером Ордена Св. Георгия IV степени!..



…Последующие тридцать лет его жизни (а умрёт он в шестьдесят четыре)… так вот – годы поначалу проходили в прежних развлечениях… но без былого накала!.. С Пушкиным он помирится (и даже будет таскать записки Наталье Гончаровой во времена жениховства) – а Грибоедову выговорит за посвящённые себе строки в «Горе от ума»:

В Камчатку сослан был, вернулся алеутом
И крепко на руку нечист.

«Сослан не был – чёрт меня туда носил… а что значит «на руку нечист»? – Ну, Вы же в карты жульничаете… – Так и напиши… а то люди про взятки подумают. Взяток от роду не брал – потому что не служил!..»

…В карты, кстати, получалось не всегда – и это приведёт нашего героя под венец. Однажды Толстой крепко проиграется, окажется на «чёрной доске» – и, не вынеся позора, надумает стреляться… Признаться в происшествии его заставит сожительница – цыганская танцовщица Авдотья Тугаева… к утру дама  принесёт нужную сумму – где она её добыла неведомо, но граф поверит, что это – часть его собственных, сделанных раньше, подарков – и поведёт «свою цыганку» под венец…

 

…Из их двенадцати детей десять умрут в младенчестве, а любимая дочь Сарра – в семнадцать… Как говорят, Толстой уверовавший под конец жизни в Бога, считал это карой за убитых на дуэлях. (Он составит список из одиннадцати человек, будет вычёркивать их по одному – а когда имена закончатся, скажет: «Ну, слава Богу, хоть мой курчавый цыганёночек будет жив»).

PS: …Кстати, как минимум одна из его дуэлей окажется, что называется «во спасение» – приятель позовёт графа секундантом, но тот, для верности, за день до поединка успеет спровоцировать и пристрелить его противника…Среди многих, оставивших о нашем герое воспоминания,  был и его двоюродный племянник – граф Лев Николаевич Толстой, очень точно назвавший дядю «необыкновенным, преступным и привлекательным человеком»: «Помню его прекрасное лицо: бронзовое, бритое, с густыми белыми бакенбардами до углов рта и такие же белые курчавые волосы». Надо сказать – при всей неуёмности и опасности для окружающих (в наши дни Толстого называли бы попросту «беспредельщиком») …так вот – большинство современников вспоминают графа не без симпатии… Может, потому что сами-то они после встречи с «Американцем» остались целы и невредимы?.. Впрочем, это – совсем другая история.




++++ ***** ++++
.Душа - тельняшка..[14/2-9]

Душа - тельняшка

Отпуск, начавшийся, тек своей чередой день за днем. Но я все мешкал. Жена только оправлялась после перенесенной полостной операции. А выезд был жизненно необходим - требовалось безотлагательно сменить обстановку после тяжелейшего 2004 и следовавшего 2005 в режиме "на выживание" в самых усугубительных условиях по месту работы.
Одолев сомнения купил билеты. И 19 апреля заняли свои места в 381 поезде Мурманск-Москва. Выезжали с женой и тещей. Но прежде продрогли все в метель-буран у вокзала, подачу поезда задержали к посадке. Пришлось еще ожидаючи греться коньяком и сразу после посадки. Тем более, что проснувшись, утром во сне видел себя голым, лезущим в воду. Так втроем и поехали, четвертой была коробка с машинкой-малюткой под столом.

В Оленегорске на перроне встретили наш поезд длинные шеренги солдат морской пехоты и пограничников. Когда поезд встал, вся эта бравая масса стала грузиться пропорционально во все вагоны. Оказалось дембеля, отслужившие срочную, возвращаются по домам. Это их радостно-долгожданное событие нам ничего хорошего не сулило. На еще свободную верхнюю полку в нашей плацкарте разводящий ткнул одному пехотинцу на неё - твоя. Тот, сбросив свой вещмешок, пропал сразу после появления. Появился только к ночи, сразу запрыгнув на полку на матрац без белья и в сон.

Ночь прошла в целом спокойно. Мне даже снова снился сон. И снова вижу в нем себя голым, но уже наполовину - сверху одет в водолазку (а прошлой ночью во сне лез в воду!). Попутчиком к нам попал дембель из морпехов отдельной  роты из Ревды-3 Тойшев Николай Николаевич, р. 7.10.1984 Марий-Эл. Направлялся в Йошкар-Олу. Вид его был не совсем дембельский: мешковатая форма, без тельника (морской пехотинец?), у глаза синяк и другие ссадины на лице. Мало того, что день рождения его совпадал с президентским, он ещё и росточком был не более того, но коренастый. Но в целом вид побитый, помятый. Оказался достаточно живой и словоохотливый. Поведал о себе следующее. Его невзлюбил командир роты, до того прослуживший 8-9 лет комвзвода в дисбате. Когда пришла пора увольняться в запас в оговоренный срок с этой партией увольнявшихся, что-то ротному не угодно стало и он отменил свой срок для Тойшева. А для пущей верности своего решения отобрал у него его дембельскую форму и все деньги. Тот, понимая, что дальнейшее нахождение под властью "любимого" командира ничего хорошего не сулит, все же решается "увольняться" сейчас. Когда увольняемые собрались уже для отъезда, Тойшев, вылез через окно, ребята, затем уже в окно выкинули ему форму, какую попавшуюся, собрали что могли вещмешок на дорогу, и также выкинули ему в окно. А военный билет свой Николай выкрал у ротного в канцелярии ещё заранее. До Оленегорска ребята его прятали в машине от глаз ротного. Вот так он и самодембельнулся. Оставшейся дорогой он уже у нас подкармливался. Парень оказался добродушным, выдюжившим всю двухгодовалую армейскую спецназовскую дрессуру. Днем он также то исчезал, то появлялся. А появляясь, сразу запрыгивая на свою полку и в сон. Это была одна сторона продолжавшегося путешествия.

Другая заключилась в том, что дембельская масса спецназа уже за ночь освоилась вполне в гражданской среде. На станциях и пиво и водка пошла уже в стосковавшиеся по ним в казарменной ревдинской глуши  молодые мехи. По вагонам пошло колобродство уже не управляемой не направляемой силы-массы. Постоянно перетекая из вагона в вагон от одних к другим от пятых к десятым, освобождающийся от дисциплинарных армейских пут натренированный натасканный спецмолодняк стал проявлять себя исходя из своих возможностей. Какие мысли могут приходить в голову, скажем, кувалде, видящей даже аккуратно уложенные гвозди, даже при отсутствии доски, в которую их можно забить от души. Все равно ей хочется ахнуть их по голове, раз она кувалда. Целесообразность её не волнует. Она кувалда и её действие - поголовное и наотмашь. Вот такие кувалды, заправленные пивом с водкой и метались по вагонам 381 поезда Мурманск-Москва 20-21 апреля 2005 года. Учитывая, что в каждом вагоне их было по десятку-полтора и так по всему составу, кому бы то ни было рыпаться бесполезно. Не церемонясь с гражданкой, чаще извиняясь из наглости за явно наигранные неуклюжие действия. Сила напоследок хотела чувствовать себя еще слитой силой-массой. В оккупированном пространстве вагонов поезда это хорошо удавалось.

В этой связи всплывают анархоаналогии, возникавшие в России в 1917 после февраля, когда после свержения монархии все тюрьмы были открыты и вместе с политическими из затворов был выпущен и весь уголовный элемент разгуляться на просторах России. Десяток лет потом уже большевикам потребовалось отфильтровывать его снова и по казематам сортировать по новым статьям УК. То же случилось после смерти Сталина, когда осенью 1953 года Берия выпустил, в основном, уголовный элемент по амнистии из тюрем, а политический еще остался дожидать свой последующий, только 1956 год.  

Мимо нашей плацкарты частенько шлындал туда-сюда один уж очень озабоченный непоседа из какого-то другого вагона. Явно чего-то ищущий и не находящий для себя, для своего какого-то невыразимого проявления. Он не был и особо опьяненным, но взвинченным был явно сильнее всех остальных проявлявшихся на наших глазах морпеховских  и реже погранперсонажей, те были в более отдаленных вагонах. Но братание уже шло во всю братишки и братаны пузырили свой последний армейский замес. Этот тип с изможденным лицом не европейской, какой-то азиатской сибирской внешности, все старался кого-нибудь зацепить, задрать. Но что-то это у него не очень получалось и от этого он нервозничал ещё больше, метаясь туда сюда не надолго пропадая из нашего вагона и опять мечась по нему. Вот он плюхнулся на нашу скамью. Можно было его разглядеть по внимательнее. Видно было, что это мятущаяся душа, находящаяся в глубоком смятении от происходящего не вокруг неё, а где-то в самих её глубинах. Двадцатилетний по годам парень на вид производил чуть ли ни старика с сухощавым плосковатым уральским лицом, в тоже время вытянутым и выгнутым полумесяцем. Глаза беспокойные, шарящие, взгляд не фиксирующийся, мечущийся, но пытаясь общаться. Дергаясь за столом, не зная за что цепляться, вскакивает, крутит вагонное радио на всю катушку - "Я хочу слушать музыку!"  Радио орет во всю. Я его заворачиваю; вскакивает снова, рвет на всю катушку - "Нет пусть играет!"  Теща не выдерживает такой наглости начинает его резонить, - хочешь слушать - иди к себе в вагон, там и слушай, а нам здесь итак вашей музыки хватает. Но он этого как и не слышит, подергавшись ещё, так же неожиданно срывается и несет его нечто куда-то в другую часть вагона  ни за чем. И общение у него не получается. Я снова закручиваю радио. Сидим особо не распространяясь, в обстановке скорее плена и оккупации. Проносится мимо тот же азиат, резко возвращается, как вспомнив что-то, и сразу к радио - выворачивает его на полную ни на кого не глядя, мечет в другой вагон. Радио снова заворачиваю.
Потом появляется Тойшев Коля, как всегда, сразу запрыгивая на верх. Позже, с течением дня тот самый Рустэм или Рустам, как говорит нам Николай, ещё раз плюхается на наши места, но ведет себя уже более спокойно, даже отвечая на какие-то вопросы более членораздельно. Видно, что его какой-то бешеный азарт спал, и только остаточные явления его еще не вполне отпустили.
Всё его поведение было таким, чтобы на него кто-то обратил внимание. Экстравагантность и неадекватность для этого были самыми хорошими инструментами - врезаться в память. И этого он сумел достичь. Выполнив свою задачу, меньше стал выделяться на фоне других. И больше даже опьянев позже так резко себя не проявлял, появляясь в нашем вагоне.
Коля Тойшев был занят вполне конкретной проблемой - подгонкой неуклюжей формы и поиском тельника под форму, что было его главной проблемой. Он и не напивался как другие и сторонился горячащихся компаний, ухарящихся кого бы задрать на поединок из гражданских в вагоне.

Ночь с 20 на 21 апреля стала сущим кошмаром. Ещё днём на одной из станций в вагон села девушка. Солдатня уже вполне освоившаяся и хозяйничаящая по вагону сразу обратила на девушку внимание и определенные знаки внимания, направленные на знакомство стали к этой девушке следовать. Девушка, ещё не разобравшись в обстановке что и как, стала этот поток внимания к ней молодых людей принимать с благосклонностью. К вечеру у нее уже было много "женихов" и не с одного нашего вагона. Общаться с девушкой шли и шли сменяя друг друга и группами и порознь. Так что к ночи она была замучена этим вниманием основательно. Но это была еще прелюдия. К ночи солдатня уже упитая, не обращая ни на кого внимания. Да никто и не старался стать объектом их внимания, кроме той девушки, поначалу, днем. Вот теперь она вкусила его по полной солдатского группового внимания. Ей долго не давали лечь спать, а ее была боковая, хорошо ещё, верхняя полка. А когда ей это достаточно поздно все же удалось, то и там ее злоключение продолжилось. Утрамбованным спиртным, стереотипно соображающим дембелям, уже всем хотелось жениться на девушке, на что они её полночи долго нудно уговаривали, порываясь то и дело влезть к ней на полку и там жениться. И это продолжалось почти всю ночь, спящий (если мог кто-либо уснуть) вагон, непрерывно мечущаяся по проходу пьяная масса, обшаривающая спящих людей, то и дело ищущая среди всех кого-то, будя и разворачивая лица, отвернутые к стенке. Раза три такой образ являлся и мне, тормоша и заглядывая в лицо пустыми пьяными с отсутствующим взглядом глазами, мыча что-то нечленораздельное. Некоторые мужчины, начали огрызаться на такую наглую бесцеремонность, осаживать зарывающиеся мутные экземпляры. Те, в оскорбление стали кучковаться в хвосте вагона. По обрывкам речи долетало - " Ну, что, давай, подымать всех гадов по вагону..." Более соображающие и инертные не поддерживали и явная инициатива не обретая полной поддержки и согласованности глохла, что бы нет-нет, возбухать снова, особенно, если опять кто-либо огрызнулся из мужиков на случайно упавшего или приседающего на него лежащего вялого валкого бойца. Пытались осторожно осаживать и тех, что лезли к замученной девушке. Но в ответ в явной угрозе от претендентов, далее не противоречили, но и те сбавляли мучительный напор на девушку. И таких моментов, когда самые дурные готвые броситься крушить весь вагон - было несколько за ночь. Ближе к утру все утихомирилось. Отдельные, самые настырные до одури еще нет нет тормошили, пытающуюся заснуть девушку. Но видя пустоту усилий все же отваливали. В какой-то момент под утро все угомонились. Отстали и от девушки. Несколько раз ей на помощь приходила проводница. Но все обошлось. У людей хватило выдержки не ввязаться. 

На следующий день, уже в скором приезде в районе обеда в Москву все было уже более-менее относительно благополучно. Меньше мятущейся братии все устаканено в равновесии. Наш Коля Тойшев всю ночь благополучно проспал на своей полке. Днем уходил по своим делам к своим сослуживцам, в надежде раздобыть тельник. И он сказал, что познакомился с одним парнем, тем самым, что выкобенивался в нашей плацкарте Рустамом или Рустэмом, он толком не мог сказать как его правильно звать, с которым ему ехать в одном направлении с Казанского вокзала. Так вот это самый Рустам, со слов Тойшева, которому ребята сказали, что тот вез с собой со службы 11 тельняшек. И что он начал их уже раздавать ребятам, уже оставалось у него 8-9 от того количества, сколько взял сначала. Тойшев с ним познакомился, и тот обещал дать одну тельняшку Николаю. Окрыленный и этим видимым решением, явной возможностью все-таки прибыть в полной дембельской форме домой.

Приехали в Москву, наши служивые, как ни в чем не бывало построились в последний раз на перроне уже Москвы, где их с последним напутствием распустят уже кого куда по разным вокзалам. А мы, выгружаясь, и следуя по перрону, ещё переваривали впечатления от совместной поездки с дембелями.

Перебрались на Павелецкий вокзал. На журнальном развале увидел Специальный выпуск газеты "Оракул". ЗАГАДКИ ИСТОРИИ-2. Было это в 17:50. Листая журнал, на стр. 92 рубрика ПЕРЕКРЕСТОК НЕВЕРОЯТНОСТЕЙ, аннотированный:
Эти удивительные совпадения не поддаются никакому объяснению.
Налицо лишь факт, что все они больше чем просто случайность.

среди прочего вижу

И вижу я того самого, самого беспокойного, мятущегося и озабоченного из дембелей морпехов из Ревды-3 Рустама. Который только что старался в поезде всячески оставить себя в моей памяти. Портрет Федора Толстого его выражение лица, его форма, взгляд - все это лицо того самого Рустама и выглядевшего гораздо старше своих нынешних двадцати лет, но один к одному с этим портретом.

Биографию Федора Ивановича Толстого "Американца" я знал и раньше, но этого его портрета мне доселе видеть не приходилось. Он был прибережен для меня с явлением самого оригинала в своем новом качестве. И был тут же, не отходя от перрона, отождествлен. Теперь уже я был окрылен своим открытием, что нивелировало весь отрицательный налет прошедшего путешествия. Так как мое прежнее знакомство с персонажем Ф.И. Толстой (Американец) было в связи с персонами, касательными к А.С. Пушкину, то ниже и приведу его характеристику применительно к последнему.

Л.А. Черейский. Современники Пушкина. Документальные очерки. Ленинград. "Детская литература" 1981. Стр. 160-161
Толстой Федор Иванович ("Американец") (1782 - 1846)

Остроумный и живой, он поражал современников своими авантюрными похождениями. Храбрость, хладнокровие и презрение к опасности соединялись в нем с пренебрежением к общепризнанным нормам поведения и бесконечными дуэлями. "Необыкновенный, преступный и привлекательный человек", - сказал о нем его двоюродный племянник Лев Николаевич Толстой.
В 1803 году в качестве волонтера Толстой участвовал в кругосветном плавании в экспедиции И.Ф. Крузенштерна и за буйное поведение был высажен с корабля "Надежда" на один из островов около Аляски, за что его прозвали "Американцем". За убийство на дуэли гвардейского офицера Нарышкина был разжалован в рядовые и заключен в Выборгскую крепость. В Отечественную войну 1812 года он служил в ополчении и своей беззаветной храбростью вернул себе офицерский чин. Позднее, поселившись в Москве, Толстой вращался в литературных кругах и был в приятельских отношениях с П.А. Вяземским, Е.А. Баратынским, Д.В. Давыдовым, В.Л. Пушкиным и другими.
Пушкин познакомился с Толстым в послелицейские годы в Петербурге и, по собственному признанию, расстался с ним приятелем. В Кишеневе Пушкину стало известно, что Толстой распространял слухи, будто его за вольнолюбивые стихи высекли в Особой канцелярии Министерства внутренних дел, и в сентябре 1822 года писал Вяземскому о своем намерении "резкой обидой отплатить за тайные обиды"
Пушкин излил свое негодование в эпиграмме:
                                                                               В жизни мрачной и презренной
                                                                               Был он долго погружен,
                                                                               Долго все концы вселенной
                                                                               Осквернял развратом он.
                                                                               Но, исправясь понемногу,
                                                                               Он загладил свой позор,
                                                                               И теперь он - слава богу -
                                                                               Только что картежный вор.

Почти в тех же выражениях он писал о Толстом в своем послании к Чаадаеву.

                                                                   Что нужды было мне в торжественном суде
                                                                   Холопа знатного, невежды при звезде
                                                                   Или философа, который в прежние лета
                                                                   Развратом изумил четыре части света,
                                                                   Но, просветив себя, исправил свой позор:
                                                                   Отвыкнул от вина и стал картежный вор?..

Толстой ответил Пушкину эпиграммой и в отместку поэт хотел представить своего обидчика "во всем блеске в 4-й песне Онегина". Своему кишиневскому приятелю Ф.Н. Лугинину Пушкин признался в намерении драться с Толстым на дуэли, и с этой мыслью он не расставался на юге и в Михайловском.
В начале сентября 1826 года Пушкин вернулся из ссылки в Москву и в день приезда послал своего секунданта к Толстому. Со времени конфликта прошло уже шесть лет, и острота его стерлась. Общим знакомым удалось помирить противников, и в течение ближайших лет восстановились приятельские отношения. Через Толстого, старинного знакомого семьи Гончаровых, Пушкин сделал весною 1829 года предложение Наталье Николаевне Гончаровой. К этому же времени относится коллективная записка Пушкина, Вяземского и других, приглашающая Толстого на приятельскую пирушку. Мы даже встречаем Толстого среди близких знакомых Пушкина, слушавших в его исполнении только что напечатанную поэму "Полтава". Лето 1829 года Пушкин провел в действующей армии в Закавказье. Отсюда он писал Толстому и упомянул его в "Путешествии в Арзрум". Последняя, известная нам встреча Пушкина с Толстым произошла в 1836 году. "Видел я свата нашего, Толстого", - писал он жене 4 мая из Москвы.

Русский граф, американец и цыган в одном лице

http://www.pravda.ru/society/fashion/couture/02-02-2011/1065303-tolstoy_amerikanez-1/

Одним из ярких представителей пушкинской эпохи, кто не оставил своего следа в искусствах муз, хотя был дружен почти со всеми крупными художниками и мыслителями своего времени, был граф Федор Иванович Толстой, прозванный Американцем. С ним пили шампанское и посвящали ему стихи поэты золотого века русской литературы. Графа-авантюриста, первым в России сделавшим татуировку, укротила любовь к красавице-цыганке.

Авантюрист граф Федор Толстой родом с московского Арбата. Американцем его нарекут после заморских плаваний. Среди его добрых знакомых были Пушкин и Жуковский, Грибоедов, Батюшков и Чаадаев. Князь Петр Андреевич Вяземский посвятил своему другу обширное послание в стихах, где он назвал Федора Ивановича "американцем и цыганом". Слава графа была настолько велика, что в Москве еще при его жизни появился самозванец, выдававший себя за Американца. Современники полагали, что им был лицедей, который за бесплатный ужин и вознаграждение в 15 рублей ассигнациями рассказывал "монотонным голосом" небылицы о якобы своих путешествиях в дальние страны и женитьбе на туземке.

Граф Федор Иванович Толстой родился 6 февраля 1782 года в приходе церкви Харитония в Огородниках. В Москве сформировался характер будущего Американца и его сочный, подлинно московский русский язык. Сначала он обучался в Морском кадетском корпусе в Кронштадте, хотя курса так и не закончил. В конце 1797 года его произвели в портупей-прапорщики лейб-гвардии Преображенского полка — чин, который в Табели о рангах считался унтер-офицерским. С этого небольшого чина началась служба и эксцентрические проказы.

По свидетельствам современников, граф в совершенстве владел всеми видами оружия. Превосходно стрелял и мастерски рубился на саблях. Фехтованию его обучал первый фехтмейстер в Европе Иван Ефимович Севербрик — преподаватель Первого кадетского и Пажеского корпусов, который давал уроки членам императорской фамилии. В один прекрасный день автор "Руководства к изучению правил фехтования на рапирах и эспадронах", побившись с учеником Толстым в офицерском классе, публично признал того за достойного партнера. Однако Федор бретером и хладнокровным убийцей не стал.

Он сделался одним из наиболее известных гурманов Первопрестольной, увлекшись кулинарным искусством. При этом граф пописывал вирши. Плохие. Зато во всем остальном он на голову превосходил окружающих, к чему всегда стремился. В первом десятилетии XIX столетия в России гостил французский воздухоплаватель Андре-Жан Гарнерен (1769—1823), который поднимался на аэростате в Москве и Петербурге. В столице компанию ему составил генерал С. Л. Львов, оправдавший свою грозную фамилию тем, что отважился на опасное предприятие. Вероятно, и граф Толстой участвовал в воздушных путешествиях француза в июне или июле 1803 года. По крайней мере, об этом пишет автор лучшей современной биографии Американца Михаил Филин.

В августе того же года уже подпоручик Толстой отправляется в кругосветное путешествие на кораблях "Надежда" и "Нева" в качестве кавалера российского посольства в Японию. Во время десятидневного пребывания на Нукагиве Толстой сумел уговорить местного умельца покрыть его тело замысловатой татуировкой. Дело в том, что чем знатнее был островитянин, тем в большей степени он был покрыт тату. Конечно, достигнуть степени знатности короля людоедов Тапеги Кеттонове, с которым подпоручик подружился, Федору Толстому не удалось. Однако вся его грудь (в московских салонах Толстой потом будет с гордостью демонстрировать "насечки") сплошь была татуирована.

"В самой середине сидела в кольце какая-то большая пестрая птица, что-то вроде попугая, кругом какие-то красно-синие закорючки. Обе руки его тоже были сплошь татуированы, на них вокруг обвивались змеи и какие-то дикие узоры", — вспоминала племянница графа М. Ф. Толстая (в замужестве Каменская), которая в силу принадлежности к дамскому сословию не могла видеть всего тела дядюшки, демонстрируемого только кавалерам. "Почетная" наколка, сделанная русскому графу, свидетельствовала о том, что он принадлежит к высшей касте каннибалов.

Исследователь Михаил Филин последовательно рассматривает басни, сложившиеся вокруг имени Толстого, проверяя их на истинность. Мифы сопутствовали авантюристу на протяжении всей жизни. Не стало исключением и кругосветное плавание. В некоторых книгах или публикациях можно прочитать, что Толстой был списан на берег за то, что научил дрессированного орангутана марать чернилами судовой журнал. Что примат якобы и проделал в каюте начальника экспедиции Крузенштерна.

На самом деле причиной списания Толстого на берег стало его вмешательство в конфликт, возникший между директором Российско-американской компании камергером Николаем Резановым и капитан-лейтенантом Иваном Крузенштерном. В результате "пешеходный турист" сделался Американцем, чем отличался от сотен (если не тысяч) потомков рода Толстых. Правда, Федор Иванович не был ни на Алеутских островах, ни на северо-западе американского континента, ни в Русской Америке. Знаменитая фраза из бессмертного "Горе от ума": "В Камчатку сослан был, вернулся алеутом", касательная до Толстого, не верна. Граф сам распускал слухи. Так, Фаддею Булгарину он сказывал, что "объездил от скуки Алеутские острова, посетил дикие племена Галошей (колоши или колюши — индейцы из группы тлинкитов. — Ред.), с которыми ходил на охоту". Несмотря на то что Толстой не был в Русской Америке, он все-таки остается Американцем.

Tags: "Американец"
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments